Читаю вот такую замечательную книгу, написанную замечательным человеком:

Несмотря на слабый привкус советской пропаганды, замечательно. А как без пропаганды? Издательство «Молодая гвардия», воспитание советской молодёжи, все дела. И всё же Юрий Владимирович не удержался, местами цензуру изящно обошёл. Слишком тонок авторский юмор, слишком неуловима оказалась для цензоров ирония. А про войну там совсем немного, страниц 30. Но зато
как там про войну. Нет, тоже местами с иронией. Но.
В те секунды, пока снаряд летит, приближаясь, ты про себя говоришь: «Ну вот, это все, это мой снаряд». Со временем это чувство притупляется. Уж слишком часты повторения.
Но первого убитого при мне человека невозможно забыть. Мы сидели на огневой позиции и ели из котелков. Вдруг рядом с нашим орудием разорвался снаряд, и заряжающему осколком срезало голову. Сидит человек с ложкой в руках, пар идет из котелка, а верхняя часть головы срезана, как бритвой, начисто.И совсем другие истории:
Во время одного из привалов мы сидели у костра и мирно беседовали. Мой приятель, тоже москвич, показывал всем письма, а в них рисунки его сына.
— Вот парень у меня хорошо рисует, — сказал он, радуясь, — в третьем классе учится. Жена пишет, что скучает.
В это время проходил мимо командир взвода. Он вытащил из своего пистолета обойму и, кинув его моему земляку, попросил: — Почисти, пожалуйста.
Солдат, зная, что пистолет без обоймы, приставил дуло к виску, хитро подмигнув нам, со словами: «Эх, жить надоело» — нажал на спусковой крючок. Видимо, решил пошутить. И тут раздался выстрел. Парень замертво упал на землю. Лежит, а в виске у него красная дырочка, в зубах дымящаяся цикарка.
Ужасная смерть! Нелепая. Глупая.В отношении последнего эпизода понятно, что по нему премия Дарвина плачет. И как тут не уверовать в эволюцию?
Но вот что интересно, Никулин (как и многие ветераны ВОВ) открытом текстом пишет, что они знали о приближающейся войне. Знали, что воевать будут именно с Германией:
В начале апреля 1941 года <замкомандира полка>
, приехав к нам и собрав всех вместа, сказал:
— Товарищи! В мире сложилась тревожная обстановка. Вполне возможно, что в этом году... нам придется воевать. Я говорю это не для разглашения, но думается, что войны нам не избежать. Наш враг номер один — Германия.
<...>
— Война будет, — сказал я спокойно, — ожидается в этом году.
— Интересно, с кем же?
— С Германией, — ответил я.
Мой ответ вызвал у всех ироническую улыбку, а Борис (троюродный брат Ю. Никулина)
сказал:
— Войны не может быть. Надо газеты читать. У нас же договор с Германией.Я вообще-то верю теориям Виктора Суворова, и не только его, и не только в том, что касается осведомлённости советского руководства о готовящейся войне, но в целом о захватнических планах Сталина. В конце
90-х по ТВ-6 вышло некое ток-шоу о Суворове. И некто
Гарик Сукачёв, брызжа слюной, визжал, что Суворов, он же Владимир Резун, предатель Родины и всё выдумал, и надо его расстрелять. Что же, выходит, и Никулин всё выдумал? И другие ветераны тоже? И всех их надо было бы расстрелять?
Это так, вдогонку дню Победы псто. С которым всех поздравляю.